Парень был на грани истерики, судя по конвульсивной Дрожи пальцев, по бессознательному движению губ.

— Не торопитесь… Не надо говорить… Хотите что-нибудь выпить?

Отрицательный жест был ответом.

— Это ваша жена?

Молодой человек кивнул и опустил голову.

— Вы были там, когда это произошло?

— Нет.

— Когда вы видели ее в последний раз?

— Позавчера… В среду…

— Утром? Вечером?

— Поздно вечером.

Они ходили взад и вперед по большому, освещенному солнцем двору. Во всех квартирах в доме шла самая обычная жизнь. Большинство семей садились или уже сидели за столом. Слышались отдельные фразы:

— Ты помыл руки?..

— Осторожно, обожжешься…

Воздух был пропитан аппетитными запахами, доносившимися из кухонь.

— Вам известно, как она умерла?

Молодой человек кивнул, у него опять перехватило дух.

— Когда я возвратился…

— Минутку… Вы ушли из дома в среду поздно вечером. Не останавливайтесь… Вам не нужно стоять на месте… Итак, в котором часу?

— В одиннадцать.

— Ваша жена была жива? Она была уже в халате?

— Нет, она еще не переоделась.

— Вы работаете по ночам?

— Я пошел добыть где-нибудь денег, которые нам нужны были до зарезу.

Они продолжали шагать по двору, привлекая внимание жильцов дома, которые смотрели на них через открытые окна.

— Куда же вы пошли в поисках денег?

— К знакомым… Повсюду ходил.

— Вы их достали?

— Нет.

— Кто-нибудь из ваших знакомых видел вас?

— Да. В ресторанчике «У старого виноградаря». У меня в кармане было еще франков тридцать, и я с ними побывал везде, где надеялся встретить приятелей.

— Пешком?

— Нет, на машине. Я оставил ее на углу улицы Франциска Перйого и улицы Марбеф, когда кончился бензин.